– Так это была маска? А я подумала, что у тебя амплуа самовлюблённого эгоиста.
Он выскакивает из машины и широко улыбается мне:
– Это маска. Сейчас убедишься!
И машет кому-то. Из грузовиков вытаскивают странную мебель, и Лола ахает, сложив ладони:
– Это что? Гробы?!
– Трон! – восклицает Царёва, которая уже успела вернуться. – Какая прелесть?
Кривые зеркала, ростовые куклы, сундуки с костюмами. И это ещё не всё! Вскоре в зале установили умопомрачительное освещение, а на каждой стене проекторы показывали знаменитые ужастики, и вокруг расставили столы с такими роскошными закусками, что студентки визжали от восторга и фотографировались с ними.
– Пальцы ведьмы из печенья! – ахает Королёва.
А её подружки прыгают на месте, как восторженные девочки:
– Глаза из личи! Смотри, это мозги!.. Тартар?! Ха-ха!
Становится шумно, и уже трудно различить, где чьи голоса, но Ахматгариев удивляет ещё больше. Он хлопает в ладоши, и в зал вносят огромный котёл, в который что-то выливают из канистры. Марат подходит и, щёлкнув зажигалкой, быстро подносит огонёк к котлу, и поверхность начинает мерцать синим пламенем.
От восторженных криков закладывает уши.
Маскарад продолжается до поздней ночи, а людей всё прибывает и прибывает. Играет громкая музыка, и мы с девочками, разгорячённые и радостные, танцуем в толпе, как вдруг музыка меняется, и по залу разливается баллада.
– Можно тебя пригласить на танец? – слышу за спиной и резко разворачиваюсь.
Марат смотрит прямо мне в глаза и улыбается.
Глава 24. Плевать, если я заболею!
Глава 24. Плевать, если я заболею!
Лежу и смотрю в потолок, а перед глазами всё ещё проходят события прошедшего вечера. Карнавальные костюмы, весёлые лица, вкусная еда… Блестящие в свете праздничных огней глаза Марата. Тёплые руки Марата на моей талии. Свежее дыхание Марата, касающееся моей щеки, когда молодой мужчина делится впечатлениями.
– Надеюсь, группе старост стало понятно, что за всех работала одна ты, – говорит Ахматгариев мне на ухо, пока мы танцуем у всех на виду.
Действительно у всех! Нас окружили плотным кольцом, будто представление показываем. Но я не обращала ни на кого внимания, смотрела лишь на Марата, впитывала его бархатный голос, чарующую улыбку, умопомрачительный аромат, тепло тела и души…
– Угораздило же влюбиться, – ворчу, снова и снова вспоминая наш танец, а сама улыбаюсь.
Как же просто быть счастливой! И пусть всё закончится, так и не начавшись, я сохраню в памяти это прекрасное воспоминание.
Мои мысли прерывает стук в дверь.
– Тыковка, ты спишь?
– Сплю, – бурчуи накрываюсь одеялом с головой.
– Я тебя слышу, – смеётся Марат.
– Поздравляю, – выпаливаю и поднимаюсь. Шлёпаю босиком до двери и открываю. – Что случилось?
Марат стоит, опираясь на косяк, и нависает надо мной. Меня обдаёт тем же приятным хвойным ароматом, от которого кружится голова. Я задерживаю дыхание, а сердце начинает биться всё быстрее. На Ахматгариеве тёплый спортивный костюм, в руках пакет.
Марат протягивает его мне:
– Одевайся.