Я вдруг поняла, что Кирилл не знает, что следователь не сам догадался меня вызвать, а действовал по наводке Егора. Не уверена, что сейчас лучшее время сообщать ему, как мы с Алексом облажались забыв удалить скриншот с чужого ноутбука, но раз уж мы говорим начистоту, то промолчать будет неправильно.
Выслушав меня, Кирилл выругался и спустился вниз по стенке, на которую до этого облокачивался. Сидя на полу, он закрыл лицо руками и повторил ругательство еще несколько раз. Я уселась рядом с ним и сказала:
— Я знаю, я идиотка. Я настолько была в шоке от увиденного, что удивляюсь как я флешку не забыла вытащить.
Русеев молча снял пиджак, свернул его в несколько раз и с легкостью подхватив меня одной рукой, положил пиджак на пол и опустил меня обратно:
— Пусть общие дети нам уже не светят, но сидеть на холодном полу все равно не стоит.
— Спасибо, — поблагодарила я, радуясь, что мы сидим бок о бок и смотреть ему в глаза не обязательно.
— В понедельник вечером отца вызвали. По сути, главной претензией с их стороны было, что он им не сказал что дал ей пощечину во время того разговора. Хотя хрен его знает как это меняет дело. Он сказал, что о твоей роли во всей этой истории не знал и до последнего был уверен, что снимки сделала Марина. Спасибо, кстати, что не рассказала им о нашем визите. На записи было видно, что квартиру она покинула раньше отца, как он и говорил им. Поэтому, помариновав несколько часов, его все-таки отпустили восвояси.
— А шарф? — Спросила я нетерпеливо после того как Кирилл замолчал.
— Вчера вечером пришли, сказали, что поступила наводка, попросили открыть тачку.
— Подожди, а ордер у них был?
Русеев опять тяжело вздохнул и, подозреваю, закатил глаза.
— Ты, блин, реально сериалов меньше смотри. Там и анализ крови делают с точностью до секунды, и ордер ждут… Наше законодательство не предусматривает ордеров, достаточно постановления, но следователь его сам может выписать.
На это мне было нечего ответить, разве что порадоваться, что своими знаниями я “блеснула” не перед Алексом, он, будучи студентом юрфака, точно бы до конца жизни припоминал мне такую оплошность.
— Отец спокойно открыл им машину, они сразу в багажник полезли, а там какая-то хрень шелковая, типа шейного платка. Ну а сегодня утром уже пришел результат из лаборатории с заключением, что на нем обнаружены следы крови Марины Селивановой. Без понятия где они там кровь нашли, я был рядом когда они достали этот шарф, никаких пятен я не видел. Как будто, блин, на пустом месте дело шьют. Но кому это надо? Я уже реально ничего не понимаю.
— Так а шарфик ее? На записи она без шарфа была.
— Отец говорит, что вроде ее. Она кардиган в прихожей сняла, шарф вроде тоже был, но цвет он не помнит. Да и вопрос не в этом… Как он мог попасть к нему в багажник?
Кирилл откинул голову назад, с силой ударив ее о стену и глядя на потолок пробормотал:
— Это подстава чистой воды. Но кто за этим стоит?
— На ум приходит только сама Марина. Но по-моему это уже слишком далеко зашло. Надо быть полной дурой, чтобы играть в такие игры не только с любовником, но и с полицией.
— Именно. Дурой она точно не казалась. Тогда кто?
— Ты ее знал, что ли? — удивилась я.
— Да нет, не особо, — начал Кирилл, а потом махнул рукой. — Какая уже, нафиг, разница. Это я ей помог устроиться к отцу. — И будто прочитав мои мысли, тут же добавил. — И нет, я с ней не спал.
— Откуда ты ее, вообще, знал? — Я была не из тех девушек, что контролируют каждый шаг своего парня, но в универе мы всегда были вместе, да и вне учебы редко когда расставались. По крайней мере, до этого лета. А стажировка, вроде как должна была начаться до этого.
— Помнишь, прошлой весной Леха Горов позвал нас на день рождения?
— Помню, — сказала я. — Я тогда не захотела идти и ты без меня тоже решил там не появляться.
— Я сначала и не собирался, — признался Кирилл. — Потом Леха позвонил, сказал что у них там веселье во всю и что он обидится если я не приеду. В общем, я решил… почему бы и нет.
— И встретил там Марину?
— Встретил. Но не так как ты думаешь. Мы просто поговорили и все. Я тебе клянусь. — Он посмотрел мне в глаза и я кивнула. Несмотря на обстоятельства, я Русееву верила. Да и смысл ему сейчас мне врать?
— Она была чем-то расстроена. Я из вежливости спросил что случилось, ну она и сказала, что пролетела со стажировкой. Вроде ей обещали какое-то место, а в последний момент взяли кого-то другого. И теперь ей нужно было срочно найти новый вариант, иначе в деканате распределят в какой-нибудь сельский суд бумажки перебирать. Ну и я сказал, что спрошу у отца. Не знаю нахрена, честно. Можешь мне не верить, но у меня реально никаких левых мыслей не было. Просто захотелось помочь человеку. А теперь, получается, что я отца подставил.
— Слушай, ну это бред полный. Ты ее отцу в постель не подкладывал. Никто не заставлял его с ней спать. Да и тем более, совсем не факт, что она сама подстроила свое исчезновение. Ты же сам сказал, она не производила впечатление полной дуры.