Еще посидели и помолчали
— Ты спать хочешь? Серафима, поди уже третий сон видит — тихо опять проговорил князь
— Да нет. Она сейчас с лесом разговаривает.
— А ты откуда знаешь? Слышишь? — и столько любопытства в голосе
И на меня с таким интересом посмотрели
— Ах, княже! — погрозила ему пальцем и рассмеялась я — Тебе просто придется поверить мне на слово.
— Поверю, но с одним условием — наиграно вздохнул он, показывая как разочарован моим ответом
Тут уже я посмотрела на него вопросительно
— И что же это за условие?
— Ты будешь звать меня Яромир.
Я продолжала смотреть на него вопросительно. Не ожидала, такое условие, а он продолжал смотреть на месяц. И так же не отрываясь от него сказал
— Ну давай, давай. Пробуй
— Уверен?
— А что-то может пойти не так?
— А я знаю?
— Думаешь я рискую?
— Возможно и так
Он задумался, смерил меня оценивающим взглядом и опять посмотрел на месяц, а потом сказал
— Можешь звать.
— Откуда такая уверенность?
— Месяц сказал, что все будет хорошо
— Оу! Ну раз месяц взял на себя всю ответственность…
— Нет, ответственность на мне, но месяц дал добро
— Ой смотри! Яромир!
От этой шутливой перепалки я чуть не рассмеялась. А он опять повернулся ко мне и сказал
— Мне нравится! Знаешь, никто так певуче не произносит мое имя, как это у тебя получается. А еще я знаю, почему Трофим зовет тебя птичкой.
— Да? И почему же?
— Ты так мило наклоняешь голову к плечу, когда слушаешь. Прямо, как птичка, когда ей что-то интересно и она внимательно это разглядывает и головкой крутит.
— Хм. У меня с детства эта привычка, но птичкой никто и никогда не называл, кроме Трофима
— Тут он верно подметил.