📖 Читать книгу «Соперник Византии» онлайн

И уже с утра люди потянулись гурьбой мимо каменной крепости к памятному кургану, где, по преданию, захоронен Каган, первый Великий князь Киевской Руси. На вершину холма никто не забирался, все знали, что там расположатся только что прибывшие из Киева молодой князь со своим дядькой. Служки уже огораживали место для поединков, и рядом грудой были положены деревянные мечи. Боевого оружия не было, хотя многие шли со своими тесаками и топориками, притороченными у пояса, но те, кто попытался бы попробовать свою силу в поединке, обязан был оставлять личное оружие за кругом.

Собирались вяло, располагались прямо на земле и все поглядывали на курган, ожидая князя и свиту. И хотя толпа пополнялась медленно, людей набралось много, как на торжище: народ из разных племен - славяне, литовцы, карелы и чудь, варяги-русь, датчане и норвежцы, одним словом, скандинавы-купцы и воинский люд. И, конечно, дети.

Вначале на капище, которое располагалось также на холме с двумя высокими идолами Перуну и Одину и проглядывалось со всех сторон, вспыхнул огонь, запылало жертвенное огнище, и все поняли, что князь уже близко.

Асмуд и Святослав спешились, поднялись на курган и сели на ковер, специально приготовленный для них. Прозвучал рожок, и ударили в бубен - это означало, что боевое игрище началось.

Вышел долговязый и рыжий варяг, навстречу ему небольшого роста, но, видимо, сильный крепыш, про которых говорят: «парень-пенек, но не сдвинешь на вершок». Они выбрали мечи, и поединок начался. Варяг работал легко, даже можно сказать, изящно, отражая натиск крепыша, чувствовалось, что он просто забавляется поединком. Но вот в одно мгновение варяг трижды поразил парня: в плечо, плашмя по спине и в бок. Поединок прекратился. Еще несколько смельчаков выходили против варяга, но все они, не имеющие должной выучки, терпели поражение. Но вот медленно, будто нехотя, из толпы громко обсуждавших поединок выделился высокий, статный скандинав, о котором посадник сообщил Асмуду и князю, что это Ингвор - норвежец, который отправляется на службу с друзьями в Византию. Норвежец подошел к груде мечей, вытащил один, положил на колено, нажал руками и отбросил в сторону. Выбрал другой, проделал то же самое, но его взял. Поединок начался остро. Дрались два профессионала-воина. Толпа, затаив дыхание, после удачного выпада одного или другого только успевала ахать, ибо оба воина сражались отчаянно и умело. Но вот при боковом ударе меч варяга, а вернее, ее верхняя часть отлетела в сторону, и воин поражен был в плечо. Варяг признал себя побежденным и вышел из круга. Буквально тут же появился карел, волоча за собой дубину, ему преградили дорогу, указывая на груду мечей. Он сплюнул и под шум и зубоскальство толпы пошел обратно. Асмуд тут же подозвал служка и приказал узнать, кто и откуда.

Какое-то время Ингвор стоял, тоскливо поглядывая по сторонам, но тут в дальней стороне толпа расступилась, и вышел юноша. Легкой, барсовой походкой он приблизился к груде мечей, выбрал один, не очень длинный, то ли нюхая лезвие, то ли облизывая, встал напротив Ингвора. Тот ждал нападения, а юноша не спешил. Тогда норвежец сделал ложное движение в сторону, а ударил по мечу с другой стороны. Меч юноши, взвившись в воздух, улетел далеко и рухнул на землю. Но что такое? Упав на землю, меч вдруг приподнялся и полетел в протянутые руки юноши. Ингвор даже не шевельнулся, когда острие меча уперлось ему в грудь и дважды полоснуло по телу. Юноша бросил свой меч к ногам норвежца и так же легко, чуть спешно, склонив голову вперед, исчез в толпе. Ингвор все стоял, как истукан, ничего не соображая, выпучив глаза, а лицо его, и так будучи длинным, как у многих скандинавов, вытянулось почти в лошадиное. Публика неистовствовала. Многие даже не заметили фокус с мечом, но хорошо видели, как этот юноша колотил грозного, опытного воина. На группу скандинавов опустилась гробовая тишина. А вокруг все гудело. Как побитая собака, поджав хвост, Ингвор двинулся к своим.

И тут по знаку Асмуда покатились бочки с пивом (элем), медом-сурицей, мешками выгружалась вяленая рыба, куски мяса, окорока, каша в чанах, жареная и вареная птица. Страва входила в свою завершающую часть. Но неожиданности и чудеса на этом не закончились.

Когда толпы людей распределили бочки с медом и пивом, образуя группы довольных выпивох, послышались возгласы в память князя Олега и уже песни славянские и финские, а в круг стали скандинавы и, по обычаю взявшись за руки, двинулись в танце. В центре круга стоял запевала. Громко, поставленным голосом он то ли пел, то ли певуче произносил на скандинавском языке слова знаменитой в то время баллады:

Обнявшись, круговая цепочка скандинавов, делая два шага налево, шаг направо, хором поддерживала запевалу, подхватывая припев:

Запевала продолжал:

Хор единогласно, как в один голос, поддержал:

Два купца-датчанина, приглашенные на страву, сидевшие рядом с Асмудом и хорошо пригубившие эля, хлопали себя по ляжкам и повторяли припев:

Асмуд вдруг заерзал на месте, потом еле приподнялся, встал, и торжественно подняв руку над головой, обратился к Святославу:

- Княже, не могу сидеть, кровь зовет, пойду танцевать! Святослав только хохотнул:

- Дядька! Смотри не рассыпься!

С помощью служка Асмуд спустился с холма и, увидев Ингвора и желая как-то поддержать его, подошел к нему, разорвал цепь и вцепился в сильные руки норвежца.

Возбужденно и могуче хор поддержал:

Запевала поднял руки и как бы бросил их на танцующих:

Хор, будто наполненный силой и решимостью, грянул:

Но голос спал, он стал не таким решительным и самоуверенным:

Движение по кругу остановилось, будто что-то помешало им двигаться дальше. Но эта пауза буквально следовала за смыслом баллады. Теперь скандинавы стали делать два шага направо и шаг налево.

Хор варягов-скандинавов, пританцовывая, грустно повторил:

Но как только хор повторил припев и запевала начал первую строчку нового куплета, вдруг ужас нарисовался на его лице, глаза вытаращились, а рот так и остался открытым. Огибая круг танцующих, двигалась в сторону холма белая фигура высоченного роста, и кто мог разглядеть ее, тот сразу бы заметил, что это моложавый человек, но с седыми бровями и белыми волосами по плечи. И одежда белая, похожая на одежду восточных или индийских купцов. Толпа гуляющих и уже достаточно охмелевших людей вдруг разом протрезвела.

Многие застыли в ужасе, другие повалились на колени, повторяя заклинания.

Одни - «Будь милосерден, Тиу-Тау!»

Другие - «Сверкающий лунный Альф, будь под землей!»

Иные твердили - «Наверху облаченный в свое оперение, покрытый инеем господин, пощади!»

Или - «Хвост стрелы, одетый в оперение, блестящий наконечник, не губи! [18] »

Фигура двинулась к холму и, будто скользя, появилась у самого застолья князя. Святослав невольно встал. Его зоркий взгляд уже давно заметил белое облако, что двигалось с противоположного берега Волхова, пересекло водную гладь, не коснувшись воды, и вот оно здесь, на холме. Большими ярко-голубыми глазами он с ног до головы разглядел юношу, потом взял его за плечо, сильно, но мягко, как бы по-дружески, повернул в сторону капища, где еще струился вверх тонкий стержень дыма, вкрадчивым голосом произнес:

- Потому, видимо, Свят, что хранишь память о предках и Веру? Добро. И Славен станешь, людина, коль Прави следовать будешь.

[18] Эти заклинания были найдены археологической экспедицией при раскопках земляного городища в Ладоге в 1950 г. на деревянном стержне с руническими надписями в слое, датированом 840-860 гг. («Старая Ладога», С.-Петербург, «Вести», 2004 г., с. 36-38).