Марта, добрая женщина средних лет с пухлой фигурой, которая помогала мне растить Гвен, передает мне мой портфель.
— Какие-то особые указания?
— Дай ей еду, кое-что из одежды Гвен и помоги принять душ, если будет необходимо. Она гордая и не станет просить о помощи, поэтому предложи ее вместо этого. Ни в коем случае не выпускай ее на улицу. Тебе разрешено использовать любые методы, необходимые для обеспечения этого — запереть ее внутри — один из них.
Она кивает и указывает на телефон, который вибрирует на столе.
— Он вибрирует уже несколько часов.
Телефон Аспен.
Я выбросил его и ее кошелёк где-то в коридоре, когда нес ее внутрь, и с тех пор не проверял. Поправка. С тех пор я не отходил от нее ни на шаг, за исключением тех случаев, когда приходила Марта, а я быстро принял душ и переоделся.
Схватив на удивление неповрежденный телефон, я обнаружил, что на экране мигает название «любовь до гроба» в окружении десяти сердечек.
Без шуток. Гребаные десять сверкающих красных сердечек.
Логически я понимаю, что Аспен не из тех, кто любит сердца, и скорее будет съедена акулой, чем станет ласковой. Это одна из немногих наших общих черт.
Нелогично, однако, что мысль о том, что в ее жизни есть мужчина, который является исключением из ее правила отсутствия эмоций, горит в моих жилах, как дешевый виски.
Я отвечаю, полностью намереваясь с шиком размахивать своей карточкой члена.
Пронзительный голос, который приветствует меня с другого конца, ставит не очень гламурную точку в моем плане.
— Аспенннн! Где ты была? Я звоню тебе уже несколько часов и всерьез подумываю о том, чтобы обратиться в полицию и все такое. И это было бы по двум разным причинам. Твое исчезновение и тысячепроцентная вероятность того, что Матео совершит массовое убийство. Он знает, что этот придурок Делла Рома ударил меня, и его обвинения в нанесении побоев будут выглядеть как шутка перед его обвинениями «я убью его и всю его семью». Я пыталась остановить его и удержать с собой, но он ушел сегодня утром, пока я спала.
— Тогда тебе стоило постараться. Теперь мне придется убирать за тобой.
На другом конце долгое время длится пауза, прежде чем та, в ком я уверен, что это Кэролайн Лучано, шепчет:
— Кингсли?
— Единственный и неповторимый.
— Привет! Я Кэролайн.
— Ни черта себе. Полагаю, ты та, у кого хватило наглости сохранить ее имя как «любовь до гроба» с отвратительным количеством сердечек.
— Тссс. Не говори Аспен. — ее юмор исчезает. — Подожди, она не сменила его? Где она и что ты с ней сделал?
— Она ранена и спит. Не беспокой ее до завтра.
— Что...
Я кладу трубку прежде, чем она успевает закончить фразу, и отправляюсь в путь с планами по приготовлению моего любимого блюда.
Месть.
Глава 9
Аспен
14 лет
— И что теперь?
Я скрещиваю руки на груди, делая вид, что на самом деле я едва пытаюсь держаться на ногах. В этот момент нет никаких сомнений, что в моем организме вместо крови течет алкоголь.