«Надо, Алиша, надо брать себя в руки», – мысленно подбодрила себя я.
– Мой отец сгинул, – поспешила объясниться, лжеистория расходилась по швам с каждой минутой, и Рейна совсем не помогала мне выруливать из этой передряги.
– Такая трагедия – каждый день оплакиваю, – скривилась Рейна.
«Ну-ну, я запомню!» – так и говорил мой злой взгляд на демоницу.
«У меня тоже отличная память, п-подруга», – читалось в ее ответном прищуре.
– Вот матушке и пришлось открыть свое сердце для другой любви. – Я продолжила старательно сплетать историю нашей фальшивой жизни, в которую незнакомцы вроде бы даже поверили.
– И что же вы забыли в лесу, плоды большой любви? – прищурился юный рыжий смельчак, который откровенно нарывался.
– Лес детям не игрушка, – тут же нахмурился толстяк-бородач.
– Мы не дети, – громко возмутилась Рейна.
– Так что «не дети» здесь делают? – поддержал допрос еще один рыжий с внушительным разворотом плеч. На первый взгляд, годков ему стукнуло почти столько же, как и бородачу. Вот только последний выглядел старше из-за пуза и тройного подбородка.
Мы переглянулись, и демоница выдала прежде, чем я успела рот раскрыть:
– В Рурван путь держим, хотим поступить в Высшую академию магии, науку познавать будем.
– Науку познавать? Хорошее дело, – сказал бородач. – Только вот вид у вас…
– Мы из бедной семьи, – нашлась я, подтягивая штаны, которые, даже подпоясанные ремнем, постоянно норовили упасть. – А учиться все равно хочется. Вот вернемся сильными магами, откроем свою лавку, да мамке с папкой сразу полегче станет.
– Достойная цель, – согласился бородач – самый главный из троицы, как мне показалось.
Незнакомцы понятливо покачали головами, а Рейна лишь глаза закатила. Ей моя рабочая теория явно поперек горла встала. Кто же знал, что впопыхах магия иллюзий сделает из нее настоящее чувырло?
– Варек, – представился бородач. – Мы сами с юга империи, вот решили товары в столицу отвезти. А это Ульван и Гринька – мой брат и его сын.
– Ре…– открыла было рот демоница, поздно сообразив, что настоящие имена нам бы лучше не светить. Мало ли, драконы пойдут по следу и будут расспрашивать торговцев.
– Ревулька, – закончила за нее я, чем заслужила ощутимый тычок под ребра.
Мы, метаморфы, тоже довольно злопамятные существа. Ну или не мы, а только я.
– Ревет, что ли, постоянно? – нахмурился Гринька.
– Врагов оплакиваю, ага, – сцедила яд новоиспеченная тролльчиха.
– Языкатая, – улыбнулся парень, то ли и правда господин смелость, то ли просто еще непуганный жизнью.
– Ну а ты, чернявый, как зовешься? – поинтересовался Ульван.
– Ал… – И сама на эту уловку попалась!
– Алка… – ехидно улыбаясь, подоспела Рейна, но я успела ее опередить, пока совсем репутацию мне не испортила. Я, может, и парень теперь, но явно же не посмешище.
– Алкар! – выкрикнула во всю мощь легких, спугнув стайку птичек, что сидели на ветках ближайших деревьев.
– Странное имечко, – скривился Варек.
– Драконье, – с важным видом сказала я. – Древнее.
– Эти драконы даже детей назвать толково не могут, – проворчал Ульван, и остальные торговцы поддержали его согласным гудением.