📖 Читать книгу «Вот так история, или Драконьи порядки» онлайн

– Не торопишься ли ты?..

Ей очень хотелось донести до дракона эту свою мысль, да он не слушал. Уже шагнул и ее за собой мягко, но настойчиво, потянул на ступени, чтобы спуститься на замковую площадь, где выстроились в две шеренги его служащие.

– Знакомьтесь, – произнес громко и властно уже через минуту. – Моя пара. Моя дарэ. Хозяйка моего дома и моей жизни. Матильда Аделаида Селина эр Хогон, фон Ренезас.

Наверное, она должна была его поправить, что рано ее так называть, да язык не поднялся, когда взглянула на лица собравшихся. Все были очень серьезны. И в полной тишине Астор эр Хогон опустился перед ней на одно колено и, поцеловав правую руку, надел на безымянный палец свой перстень. Это что, он уже назвал ее своей женой? Вот в тот момент и пришло осознание, что все было, серьезнее некуда, и что путь назад оказался отрезан. Невольно подняла выше лицо, чтобы взглянуть в синь вольного неба, да в этот момент мужчина поднялся, взял в крепкие объятья и продемонстрировал свою власть над ней поцелуем.

Глава 17. Открытия и потрясения

Он целовал ее так же властно, как перед этим разговаривал со своим народом. И там и здесь продемонстрировал силу, волю, решимость. Обитатели замка приняли слова и действия хозяина как должное. А что Матильда? Была потрясена, конечно. Все, что случилось с ней, оно произошло так быстро, всего-то за одни сутки. Вчера в это же время только готовилась к балу в академии. Звалась Матильдой Ренезас, не считалась ни чьей невестой, основной проблемой был сбой настроек пространственных перемещений. А теперь? Ее окружали чужие горы, не такие пологие, как в родном Ренезас. Отцовская фамилия была отодвинута непривычным эр Хогон. Стояла на высоте… какой-то немыслимой высоте над уровнем моря на камнях площади замка, прозванного гнездом, была заключена в жесткие объятия мужчины, но не человека, а дракона, которого знала всего ничего. Он еще не был мужем, но уже говорил о детях. Или она ошибалась? Возможно ли, что то, как Астор встал на колено и надел на ее палец перстень, было драконьей брачной церемонией? Может, им не нужны храмы и супружеские клятвы у алтаря, а достаточно одного слова «дарэ»?

От нахлынувших перемен, шквала тревожных вопросов и собственной слабости голова шла кругом. Да, абсолютно все кружилось перед глазами: события, картинка горной местности, небо над головой. Даже ее чувства принялись в темпе водить хоровод. Хотела бы взять себя в руки, но ничего не получалось. Так еще и этот поцелуй. Он совсем выбивал почву из-под ног. Сначала жесткий, даже болезненный для губ, но потом в нем откуда-то взялась ласка. Или ей это только показалось? О, нет, мужские губы точно смягчились, язык стал не таким настырным, а руки на ее спине совершенно неожиданно начали так приятно поглаживать, что почти успокоили случившийся в позвоночнике пожар.

А ведь точно, что-то там случилось со спиной, как только эрл углубил поцелуй и с силой вжал ее дрожащее тело в свое чуть ни каменное. Хотя нет, дракон тоже весь горел. Матильда чувствовала его жар даже через плотную ткань национального наряда, своего и его. Ее грудь, живот, бедра были очень плотно к нему прижаты и, казалось, начали вплавляться в мужчину. Глупые ощущения? Но других не было, до тех пор, пока Астор не смягчил хватку. Вот его руки перестали быть стальными обручами, ожили и принялись перемещаться по спине. Они начали отвлекать от горячей боли и смятения, дарить ласку, рассеивать жар в позвоночнике, делать его терпимее, а в итоге превратили в приятные ощущения. Как такое было возможным? Один и тот же мужчина творил с ней такие разные вещи.

Но как оказалось, его возможности на этом совсем не закончились. Как только отошла в сторону боль, утих жар в спине, так появились новые ощущения. Не могла сразу разобрать во благо ли. Вроде и не больно, но так сильно, резко и тревожно что-то сжалось внизу живота. То неизведанное ранее ощущение проявилось тянущей схваткой. Остро, непонятно… сладко. Разве такое может быть? Чуть ни ойкнула, как только сжалась та пружинка в ней, а отпустило, так хотелось захныкать и попросить продолжения. Что происходило? Девушка сама себя не понимала.

А дракон уже совсем перестал демонстрировать власть и терзать ее губы. Или нет, все же то действие творил именно он. Астор был ведущим в их паре. Пусть ласкал теперь ее губы и рот, не сжимал сильными руками, а обнимал и гладил, но все равно был во власти. Теперь брал Мотю нежностью. Как пригласил на чувственный танец, вел в нем, а она плыла вся такая расслабленная, полагаясь на его добрую волю и опытность. Опытность? Бесспорно. У нее все было впервые. А вот у него?..

И зачем только такая мысль проникла в голову? Она как пробила брешь в тумане, окутавшем сознание, протаранила путь для прочих мыслей. Например, до Матильды дошло, что она целовалась при всем честном народе. Сообразив это, вздрогнула, открыла глаза, до того крепко зажмуренные, и попыталась осмотреться. Трудно это было сделать, так как мужчина еще не желал прекращать поцелуй. Да и она продолжала отвечать Астору, не без удовольствия начав ощущать, что тоже заимела над ним власть. А иначе как можно было объяснить совсем тихий стон, вырвавшийся у него и едва ощутимую дрожь кончиков его пальцев?

Но сейчас она увидела и толпу. Она окружала. И драконьими глазами смотрела на них. Внимательно. С ощутимой жадность впитывали излучаемые ими эмоции? Отчего такое пришло в голову? Про излучение… А действительно! Что за серебристая пыльца сверкала в воздухе вокруг них с драконом? Или это ей казалось? Нет, собравшаяся челядь тоже явно видела это. Точно! Кто-то смотрел исключительно на целующихся, а кто-то и нет. Вон та молодая девушка не спускала восторженных глаз с ярких искорок и следила, как они витали, кружились и плавно опускались. Новогоднее чудо? Божественное представление? А вдруг, продолжались происки Прародителя драконов, поставившего на ней метку парности, бросившего в объятия Платиновому? От такого соображения невольно встрепенулась.

– Матильда? – оторвался от ее губ дракон. Он так и пожирал ставшими совсем темными от расширившегося зрачка глазами ее лицо, а потом приблизил к девичьему рту пальцы и нежно обвел контур припухлых губ. – Ты еще сомневаешься, что мы истинная пара? Тебя не убедили собственные ощущения? А вот мне никогда еще не было так все ярко при поцелуе. И кто бы мог подумать, что он может привести к трудно сдерживаемому желанию взять женщину прямо на площади? Непостижимо! Похоже, я недооценил тот жар, что ты разжигаешь во мне. И что я там говорил про желание иметь двоих сыновей? Пусть Прародитель решит, сколько их будет…

– А я бы полагалась больше на трезвость ума и собственную волю. И глубоко уверена, что количество детей в семье не может решаться всего одним его членом, будь то муж или жена. А уж отдаваться на волю мифу…

– Прародителю!

– Все равно не допустимо. Дети – это серьезно!

– Рад слышать.

– А еще посмотри, Астор, что находимся на этой площади не одни.

– Конечно. И они все убедились сейчас в нашей привязке, – тут дракон выставил руку, ладонью вверх, и как бы поймал на нее мерцающие искорки. – Видишь платиновую пыльцу? Мы настоящая истинная пара. А крепкий поцелуй в родном гнезде настолько усилил связь, что сделал ее теперь уже неразрывной.

– То есть?! До этого еще можно было ее прервать, а теперь… трахт!

– Дарэ, нас же все слышат! – игриво пожурил Мотю Хогон. – Не к лицу моей супруге применять крепкие выражения адептов магической академии, да еще и при челяди.

– Что?! Еще и супруге! Хочешь сказать…

– Да уже много раз повторил! Ты моя! На всю жизнь!

При этих словах Астор подхватил Матильду на руки и понес в замок. Он перенес ее через порог и только в холле поставил на ноги.

– Вот твой новый дом. Здесь ты полноправная хозяйка. Уже с этого дня, – Астор обвел рукой и взглядом окружающее великолепие.

Все здесь говорило о богатстве и хорошем вкусе. Один мозаичный пол чего стоил. Из скольких же пород камня он состоял? А изображалось на нем что? Какая-то батальная сцена. Драконы на ней были как живые и атаковали приближающиеся к островам корабли. На те струи огня, что вырывались из их пастей, было страшно ступать из-за ощущение, что можешь вспыхнуть, так реалистично они выглядели. А отделка стен? Что это было за дерево? Благородный лак подчеркивал фактуру и так и светился в лучах старинных бронзовых светильников. Кстати, они были очень замысловаты, а горели в них магические свечи.

– Куда ты так заинтересованно смотришь? – слегка коснулся плеча девушки дракон, привлекая ее внимание к себе. – Заинтересовали светильники? А я думал, спросишь, кто изображен на старинных полотнах вон в тех золоченых рамах.

– Ясно, что твои предки.

– Угадала, моя умненькая женушка.

– Хм! Мне вот что интересно. Кто заряжает все эти люстры и бра? Ты сказал, что здесь все драконы. Получается, среди них есть маги?