Кстати, о работе… Я мою окна и полы в клубе возле кампуса. Не идеал, но платят хорошо, и таким образом я получаю своеобразный опыт в той области, в которой хочу работать. А еще очень удобно, что до Лесли рукой подать. Она постоянно прижимается лицом к стеклу своей комнаты, чтобы напугать меня до ужаса, и это работает каждый долбаный раз.
Черт ее побери.
Не то чтобы я была против.
Мне нравится эта вновь обретенная свобода. Выход в мир. И плевать, что все подумают. Я просто живу своей жизнью.
А еще валяюсь тюленьчиком на диване и просматриваю ленту в «Фейсбук», чтобы знать, кто чем занимается, что, собственно, и делаю сейчас. Приятно смотреть, как люди делают то, что любят. И, наконец, почувствовать и себя там, где я должна быть.
Внезапно телефон вибрирует и на экране всплывает сообщение от старого знакомого.
Томас: Как свободная жизнь?
Хейли: Хорошо, даже очень. Как ты узнал?
Томас: Спросил у Лесли, когда не нашел тебя в комнате в общежитии.
Хейли: Сталкер :P
Томас: Я никогда не сдаюсь.
Хейли: Плавали, знаем.
Томас: Если, конечно, ты этого не хочешь.
Делаю паузу и думаю об этом секунду, но все, что могу, это улыбаться, как подросток.
Хейли: Никогда не сдавайся.
Томас: О, и не подумаю. Буду рядом, скрываясь в тени, ожидая, пока ты будешь готова. Я знаю, что тебе нужна пауза. Я подожду. Буду ждать столько, сколько придется, пусть даже вечность.
Всасываю нижнюю губу и улыбаюсь.
Хейли: Кошмарик :P
Томас: Извини. Из меня немного прет энтузиазм, когда дело доходит до вещей, которые я хочу сохранить.
Хейли: Сохранить? Как будто я тебе принадлежала.
Томас: Еще нет... но будешь. Когда-нибудь. И знаешь, думаю, этот день наступит довольно скоро.
Хейли: Серьезно, что ли? Это когда?
Томас: Как насчет субботы в восемь? Ты знаешь где.
Хейли: Хмм... Ты имеешь в виду то место, в которое, как сам сказал, больше никогда не сунешься?
Томас: Так же, как и не совершу подобной ошибки.
Хейли: Тебе действительно нравится, когда все неправильно, да?
Томас: Взболтать, но не смешивать. А тебе?
Хейли: Посмотрим...
Томас: Да, посмотрим.
Боже, до чего же наглый мужик.