обезумевший, оглушая до боли в висках своим шумом. Капли стекают по стеклу, омывая
его. А мне кажется, что это слезы моей маленькой ранимой девочки. Так плачет ее сердце.
Плачет из-за меня. Бл*ть! Сколько боли я ей причинил! Ведь все так хорошо было! Какого
хрена я все испортил своими руками! Протягиваю руку и провожу ладонью по окну,
следуя за каплями, стекающими вниз, прикасаюсь, пусть и мысленно, к ней. Я чувствую
ее. Знаю, что она сейчас так же не спит и смотрит на плачущее небо. И в этот миг мы
становимся ближе сквозь расстояние. Вновь. Чувствую ее нежность. Хочу испить до дна и
слепо утонуть в ней. Мой свет. Хочу всегда быть твоей тенью. Оберегать. Защищать.
Любить только тебя одну. Не могу дышать без тебя глубоко. Не знаю, за что мне такой
подарок от Бога, ведь я не сделал ничего хорошего, чтобы получить тебя в награду. Ты
подарила мне не только любовь, но и маленькое чудо, о котором я никогда даже не мечтал
и не задумывался. Видимо, кто-то сверху дал мне еще один шанс исправить свои косяки, раз я не разбился, упав с этой чертовой лестницы. Я постараюсь, моя девочка, доказать
тебе свою любовь, сделаю все возможное и невозможное, чтобы вернуть тебя и прожить
эту жизнь вместе.
- Марк Дмитриевич, - обращается ко мне лечащий врач, который пришёл на обход, -
доброе утро. Как вы себя чувствуете? - усаживается на стул рядом с кроватью и начинает
заполнять амбулаторную карту.
- Хреново, но лучше, чем вчера. Поэтому давай, Айболит, лечи меня своими
чудодейственными витаминами, хочу уже убраться отсюда, - стискиваю челюстью,
отхожу от окна и усаживаюсь на кровать. Правая нога болит, но терпимо. Тру пальцами
виски, пытаясь унять головную боль. Дождь шурует на улице так, что от звенящих капель
раздражение в моей крови достигает апогея.
- Вы только третий день здесь...
- Этого достаточно, чтобы пополнить казну вашей богадельни, - дни тянулись невыносимо
долго. А после того, как мама рассказала о несостоявшемся визите котёнка, я готов был
бежать отсюда незамедлительно. Своим появлением здесь она дала мне огромный шанс на
примирение, и я увидел долгожданный свет в конце тоннеля.
- Значит так, - задумчиво протягивает и снимает очки, - сегодня вы ещё побудете под
наблюдением, а завтра утром мы решим, что с вами делать.
После тщательного осмотра и введённых препаратов боль отступила на некоторое время, а дальше я глушил ее воспоминаниями о совместно проведённых с Ярославой днях и