– Если бы я знал, что ты такой зверь на кухне, я бы выследил тебя намного раньше, –
сказал Эйс, когда мы бездельничали на диване, набив свои животы.
Я думал, что он вылижет тарелку, когда закончит с едой, что должен признать было
бы охренительным комплиментом мне.
– Таким образом, ты хочешь сказать, что выслеживал меня? – я поерзал, чтобы
повернуться к нему лицом. – Ох, Эйс, ты плохой мальчик. Ты пригласил меня на съемки,
потому что хотел видеть каждый день? – когда я неодобрительно цыкнул, он закатил глаза.
– Ты всего добился сам, клянусь. Просто счастливое стечение обстоятельств.
– Мхммм. Как скажешь, – я вернул внимание обратно на фильм, который
проигрывался на его громадном экране, и сморщил нос. – Твои фильмы намного лучше этого
дерьма. Что это, номер четвертый в серии? Сколько раз парень должен потерять свою дочь,
чтобы догадаться, что, возможно, не стоит упускать ее из вида? По крайней мере, поменяйте
что–нибудь и дайте им украсть маму или что–нибудь подобное.
– Этот парень продает билеты в кино.
– Я тебя умоляю. Он даже не может сделать классный удар в лицо или основательно
надрать задницу или снять одежду, как т…– я спохватился, а когда он приподнял брови, я
продолжил, – Что? Знаешь, мы ликуем, когда ты раздеваешься на экране. И именно поэтому
ты так много тренируешься и поедаешь такое дерьмо, как капуста.
Эйс расхохотался.
– Мне нравится, что именно по этому ты смотришь на меня.
– Правда? – я наклонился и медленно провел пальцем вниз по его рубашке. – Не
стесняйся снять это и показать мне шоу.
Эйс остановил мою руку до того, как она добралась до пряжки на его штанах.
– Хоть ты и заслуживаешь этого после такого удивительного ужина, боюсь, я слишком
объелся, чтобы даже поднять себя с этого дивана.
– Солнышко всегда говорила, что никакой физической нагрузки, как например
плавание или секс, по меньшей мере, полчаса, после плотного обеда.
– Кто это Солнышко?
– Моя мама.
Глаза Эйса расширились.