Усевшись, я покрутил шеей, пока она не хрустнула.
– Думаю, ты задолжал мне массаж за это. Все чисто?
Эйс кивнул и нажал на какую–то кнопку на своем козырьке, и еще одни ворота, на
этот раз перед его особняком, открылись и он проехал внутрь. – Папарацци не позволено
проходить через главный въезд, и именно поэтому я выбрал это место.
– Всегда так плохо?
– Что, преследование меня? Нет, но за прошедший год оно стало подавляющим. Они
ждут… – он замолчал и покачал головой. – Забей.
– Нет, расскажи мне. Чего они ждут?
Когда Эйс припарковался в своем гараже на четыре машины, он повернулся ко мне и
впился взглядом.
– Тебя.
***
Пока я сидел, дожидаясь хоть какого–то ответа Дилана, мог бы поклясться, что
слышал каждый удар своего сердца. Я нервничал из–за того, что перешел границы и,
возможно, напугал его, но когда яркая улыбка осветила его лицо, и он наклонился вперед,
чтобы поцеловать мои губы, я почувствовал, как напряжение ослабло.
– Так поэтому ты был таким…
– Да, – ответил я, не нуждаясь в дальнейшем развитии предложения.
– Понятно. Ну, тогда, теперь, когда я знаю, все приобрело немного смысла, – он
толкнул, открывая дверь машины, а когда обернулся на меня, он сказал. – А теперь, ты
покажешь мне свою кухню?
Я выдохнул от облегчения и выбрался из машины, чтобы провести его внутрь.
Дилан молчал, пока шел позади меня, а когда мы вошли в открытой–планировки
кухню, он остановился рядом со мной и низко присвистнул.
– Клянусь, этой кухни будет достаточно, чтобы я заработал второй оргазм за сегодня.
Я обернулся на него и залюбовался его профилем. Сильная челюсть, высокие скулы.
Великолепный.
– Ну, приступай. Все в твоем распоряжении.
Он стрельнул в мою сторону ухмылкой и потер ладонями друг об друга.