– Только с субботы…я разочарован.
Дилан прикусил мою нижнюю губу, а когда я скользнул ладонью под резинку его
обтягивающих боксеров и легонько прошелся по его эрекции, его губы разомкнулись из–за
стона.
– Ааахх… блять…разочарован?
Я усмехнулся над его способностью по–прежнему говорить, когда мои пальцы теперь
уже сомкнулись на его члене.
– Ну, я думал об этом, – я скользнул ладонью по его налившейся длине, – с тех пор,
как увидел тот охренительный рекламный щит.
– Господи, Эйс.
– Мхммм, – сказал я, наслаждаясь тем, как Дилан распадался на части передо мной
одним из прекраснейших видов. Это что–то вроде кайфа. – Я проезжал на несколько миль
больше, чтобы увидеть тебя. Просто, чтобы представить, как ты смотришь на меня так же,
как сейчас.
Пальцы Дилана сжались, и он толкнулся бедрами вперед.
– И как же я смотрю на тебя?
Он смотрел на меня так, будто хочет трахнуть, и помоги мне Господь, я того же хотел.
Я хотел оказаться внутри него, и повсюду на нем. Я хотел быть голым и тереться своим
телом о твердые мышцы и член, который сейчас скользил в моей ладони от смазки. Но нет ни
единого шанса, что я скажу это...так ведь?
– Как я смотрю на тебя, Эйс? – спросил он снова, и в его глазах был вызов, на этот раз
и в голосе. Он призывал меня сказать, чего я хотел, что он заставлял меня чувствовать, и с
каждым словом, вылетающим из его рта, жесткий контроль, который всегда я поддерживал,
начал разваливаться.
Когда я не ответил сразу же, пальцы Дилана впились в мою руку снова, когда он начал
трахать мой кулак без какой–либо помощи от меня вообще, и вид был такой, о каком я не мог
бы и мечтать.
Он выглядел растрепано и чувственно, когда ухмыльнулся напротив моих губ и снова
подстрекал.
– Как. Я. Смотрю. На. Тебя?