прожужжала мне все уши о том, будто у меня лицо, которое любит камера. Казалось, это и
ежу понятно. В смысле, я практически разделся догола на снимках, но когда она упомянула о
съемках в фильмах и на телевидении, это сразу же привлекло мое внимание.
Поэтому, благодаря любезности счастливого случая, вот я здесь, иду навстречу своему
будущему.
Я остановился посреди улицы, чтобы рассмотреть, что меня окружало. Культовая
водонапорная башня WB, а слева экстерьер «Бруклинских Ночей», одного из моих любимых
сериалов про копов. Экскурсионные трамваи, переполненные туристами. носились по улицам
вдоль парковки. И все это подкреплялось огромным холмом, разделяющим Бербанк от
Голливуда.
Я чуть не ущипнул себя. Какого черта я здесь делаю?
Я сжал карту, которую мне выдали, и поправил плечом свой рюкзак, собираясь
продолжить идти, когда визг шин ударил по моим ушам, с сопутствующим этому взрывом
гудка. Я вздрогнул и повернулся, чтобы увидеть безумно–сексуальную Ламборджини,
которая с визгом остановилась. Она была темная, как ночь, с ярко–желтым дном кузова, а
окна были настолько затонированы, что я не смог разглядеть, что за идиот ездил, как
угорелый, на такой переполненной парковке. С ревущей музыкой из автомобиля, он начал
медленно катиться вперед, подкрадываясь ближе ко мне. Я прищурился, пытаясь разглядеть
салон, но это было бесполезно. Хотя эта проблема не продлилась долго, потому что, только
машина остановилась, Эйс–чертов–Локк высунул голову в окно с водительской стороны и
заговорил со мной… на самом деле, заговорил со мной.
– Эй, осел, не хочешь убраться с дороги?
Ладно, может, он больше орал на меня…но он активно разглядывал меня…я так
думаю. В смысле, трудно судить об этом под такими темными очками.
– Эй? Ты смерти хочешь или как? Отодвинься в сторону, а. Некоторым из нас есть
куда торопиться.
Прежде чем я смог сказать что–то, Эйс уселся обратно на водительское сидение и
прибавил оборотов двигателя. Машина–зверь зарычала, и вы могли бы подумать, что это
заставило мою задницу двигаться, но это не так, пока Эйс не положил свою ладонь снова на
гудок, от чего я споткнулся и двинулся к краю улицы. Машина поползла дальше, пока не