– Я не давлю на тебя…
– Нет давишь.
Да что, черт возьми, происходит с ним сейчас? Это полный поворот на сто
восемьдесят градусов от человека, которого я узнал за прошедшие несколько недель. И хотя
он не набрасывался на меня, за то, что я сделал что–то, было очевидно, что там до хрена
боли, которая утекала куда–то глубоко. Рана, которая никогда не заживет, и чем бы это ни
было, его реакция говорила мне, что там нет ничего хорошего. И это вызывало во мне еще
больше отчаянного желания узнать, что это или кто был источником.
– Я рядом, если захочешь…или нужно будет поговорить…
Дилан положил свою голову на подставленный кулак и вздохнул.
– Просто отвези меня домой.
Я почувствовал резкую боль от его слов в своей груди, и мне подумалось тогда,
насколько мне небезразличен этот человек. Потому что если бы кто–то еще разговаривал со
мной подобным образом или срывался на меня, я бы быстро отвернулся от них. Но Дилан, я
чувствовал каждую унцию его расстройства, его боли, но и еще я чувствовал каждый удар,
который он производил на меня с такой сердечной болью, которую я никогда не испытывал.
Такими бывают отношения? Серии невероятных взлетов и сокрушительных падений,
иногда в течение нескольких часов? Напряжение между нами в машине было настолько
плотным, что мне стало интересно, смог бы я вообще его пощупать.
Так что покорным взмахом руки, я щелкнул поворотником на съезд с автострады к
дому Дилана, месту, где, как я понимал, он останется.
Глава 19.
Удиви меня.
Боже, никогда в жизни ночь не тянулась так чертовски медленно. Когда Эйс довез
меня до дома, наши дороги разошлись только кивками, брошенными в сторону друг друга, и
теперь я здесь, сижу на том же месте, куда рухнул, когда, наконец–то попал в квартиру и
захлопнул пинком за собой дверь.
На мне все еще были джинсы и футболка, но куртка лежала кучей на полу, где она
приземлилась, когда я швырнул ее в сторону кухонной столешницы. Голова пульсировала
адской головной болью, и желудок рычал, не смотря на отсутствие желания есть.