накрывали стальные крышки.
– Даже не думай, что мы закончили на этом.
Ухмылка Дилана давала мне понять, что он более чем готов возобновить разговор с
того места, где мы остановились, когда закончит Матео. Так мы и сидели под подробное
описание еды и вина, которое сервировал мой друг для нас, а Дилан задавал ему массу
вопросов о наших блюдах, что сводило меня с ума, учитывая, что я хотел задать ему парочку
собственных.
Когда Матео закончил, он пожелал нам приятного вечера и попросил меня позвонить
ему, когда мы уйдем, а потом покинул здание, оставляя нас наслаждаться нашим ужином. Но
до того, как это произойдет, мне нужно было узнать по какой–то необъяснимой причине:
– Вы были когда–либо больше, чем друзья?
***
Мне было смешно от упорства Эйса. Глотнув своего вина, я сказал:
– Вообще–то, это забавная история…
Эйс зарычал.
– Пока, блять, совсем невесело звучит.
Это только сильнее смешило меня.
– Итак, представь, что однажды парень появляется на твоем пороге, откликнувшись на
твое объявление о поиске соседа, и он такой большой, красивый с мускулатурой… – я
замолчал и оценил огромные бицепсы Эйса. – Ладно, с мускулатурой, которая ни в какое
сравнение не идет с твоей, но все же, такой типаж плохого мальчика–качка. Черный лак на
ногтях, постоянный хмурый вид и солнцезащитные очки, которые скрывают черные глаза…
да, поначалу я подумал, что этот парень чертовски сексуален.
– По–прежнему не смешно, – произнес Эйс, скрещивая руки.
– Думаю, мне стоит продолжить. Меня вроде как заводит, когда я вижу твою ревность.
Эйс поднял руку вверх и крикнул.
– Счет, пожалуйста.
– Я не закончил, – сказал я, опуская его руку вниз и укладывая его ладонь на свое
бедро. – Так что, да, когда мы только начали жить вместе, мы…пытались. И под пытались, я
имею ввиду одну ночь, и, скажем так, ничего не вышло.