– Больше не осел?
– Ну, давай там не увлекайся. Ты все еще осел. Но это…это безумие какое–то. Ты
закрыл чертов ресторан целиком, Эйс.
Я рассмеялся над его восторгом. Это было заразительно, и мне стало интересно –
когда это я стал настолько пресыщен плюсами жизни знаменитости? Не каждый мог
позволить себе посидеть в «Аккардо», не говоря уже о записи за час, а мне было почти
стыдно признаваться в том, что я забыл, как это необычно.
Я пожал плечами, смущенный его восхищением.
– Просто это казалось самым легким путем. Таким способом, на самом деле, мы
можем ужинать вне дома.
– Ой, я тебя умоляю. Ты точно пытаешься очаровать меня до одури.
– Получается?
Дилан наклонился ближе и прижался губами к моей щеке, потом прошептал:
– Ох, ты определенно намного ближе к этому, чем час назад.
Он переместился обратно на своем место, погладил ладонью мое бедро и сжал его.
– Как давно ты знаешь Матео?
Я проглотил образовавшийся в горле комок и облизал свои внезапно пересохшие
губы. В голове, казалось, была каша, и все потому, что Дилан был настолько близко,
прикасался ко мне и смотрел так, будто я свалился с чертовой луны.
– С киношколы.
– Это очень давно.
– Эй, – сказал я и потянулся к кувшину с водой на столе. Я налил нам по стакану и
потом отпил от своего. – Я не настолько старый.
– Нет, нет, я не это имел ввиду. Только, что вы дружите уже очень давно. У меня есть
несколько друзей с колледжа. Со школы, ни одного. С колледжа, да.
Когда он отвел взгляд, я задумался – были ли его школьные годы тяжелыми? Дилан
так мало рассказал мне о своем прошлом. Я даже не был уверен, когда его фактически
усыновили Зигги и Солнышко. Я уже собрался расспросить его об этом, когда он начал
первым.
– Он всегда знал, что ты…