оказались на лодыжках, а член проглочен его губами. Мои руки опустились по обе стороны
его головы, толкались вперед, чтобы – давайте будем честными – чтобы оттрахать рот Эйса,
как в последний раз, и не прошло и трех или четырех толчков, когда оргазм помчался к моим
яйцам, крепко вцепившись в них, и я кончил глубоко в его горло, выкрикивая его имя, так
охренительно громко, что зазвенело в ушах. Когда я расслабил свою хватку на его голову, и
он медленно освободил свои губы, он поднял взгляд на меня и мазнул большим пальцем по
своей нижней губе, затягивая его в рот.
– Думаю, есть парочка вещей, которые нам двоим нужно…исследовать, раз такая
реакция на это. Ты так не считаешь?
И прямо сейчас был первый сигнал, что мне срывало крышу из–за этого парня.
Глава 14.
И…начали.
Только не налажать с репликами. Только не налажать с репликами. Только не
налажать с репликами.
Ступая под проливной дождь, окутывающий часть корабля, на котором мы снимали, я
указал на человека, который играл лейтенанта Герчика, и сказал:
– Ты ошибаешься. Командор Скотт не поддастся на угрозы, так что если уйдет он,
уйду и я.
– Стоп! – произнес разочаровано режиссер с того места, где сидел за стеной камер и
мониторов.
Боже, опять. Умоляю, пусть буду не я – тем, кто облажался сейчас, особенно когда
смотрит Эйс. Это была длинная неделя съемок, и сказать, что я был естественен – стало бы
преуменьшением. Я никогда не понимал, сколько трудов уходило на съемки фильма, и
казалось, что каждая малейшая деталь, что я делал, выводила из себя режиссера, и он
выделял меня. И еще сегодня у меня было больше всего реплик, и я делал все, что было в
моих силах, чтобы не облажаться по–королевски самому или с фильмом, но у меня возникло
подозрение, что меня сейчас…
– Прескот, – перекрикивал Рон шум дождя, который колотил по палубе.
Угу. Отчитают к чертовой матери. Фак.
Поднеся руку ко лбу, чтобы защитить глаза от потоков воды, которые пропитали