И пока я изучал эти светящиеся глаза цвета морской зелени, у меня появилось
ощущение, что я мог бы рассказать ему все что угодно, и меня бы не осудили.
Что–то, Дилан разглядел, пока рассматривал меня, и это расцвело пониманием, на что
он медленно кивнул.
– Тогда делай все, что хочешь со мной.
Я замер, а когда попытался отвести взгляд, Дилан перехватил мой подбородок
большим и указательными пальцами. Его взгляд был настойчивым, пока он произносил:
– Я это и имел ввиду. Начнем с меня, – потом он увеличил давление на мою
промежность, и я качнулся бедрами вперед в его прикосновение, а следующие слова ласкали
мои губы. – Я могу взять тебя…или мы можем сделать это медленно… – его рука подражала
его словам неторопливыми поглаживаниями. – …или может…только может быть, мы могли
бы сделать это грубо, – и с этим финальным словом, он сжал с такой силой, что мои глаза
закатились до затылка, но это была именно та смесь удовольствия и боли, которая заставила
меня толкнуть его на спину с рыком. Как будто он точно знал, что подтолкнет меня, что
заведет меня, и что важнее всего, похоже, он хотел этого.
Я быстренько стянул боксеры с его тела и швырнул на пол, перед тем, как сорвать
собственные штаны и трусы. Я был вне себя сейчас, готов быть везде на нем и внутри него,
готовый отдать ему так много, как он позволит. Я только молился, чтобы этого было для него
достаточно. Умоляю, Господи, пусть меня будет достаточно.
Когда я забрался на кровать и навис над Диланом, я опустил свои губы на него в
сокрушительном поцелуе, и вот просто так, больше не осталось времени для мыслей – только
для дела.
Я сцепил жесткой хваткой его руки над его головой и упивался ощущением его
обнаженного тела под моим. Немного приподнявшись на нем, я выровнял наши члены и
сладким скольжением и трением друг об друга заставил Дилана выругаться.
– Чертов провокатор, – сказал он, поднимая бедра, чтобы сильнее вжаться в меня, а я
надавил на него в ответ.
– Твою ж мать, тебя так приятно чувствовать. Моя личная Мечта, – поддразнил я,
когда потянулся между нами и обхватил одной рукой наши эрекции, поддрачивая обоим, а
наше сбитое дыхание создало самый эротичный звук, который я слышал. Вот. Именно это