📖 Читать книгу «Люди в белых хламидах» онлайн

Лера не заметила, как заснула. Проснулась среди ночи от странного шороха. В первую секунду не могла понять, где она. С тревогой вглядывалась в темноту. Потом услышала покашливание Илди и сразу вспомнила, что выполняет сегодня роль няни. Накинула халат и поспешила в детскую. С удивлением обнаружила, что дверь в комнату приоткрыта. Заглянула внутрь. Черт! Оказывается, Башня уже вернулась домой. Стоит, склонившись над кроваткой Илди. Ну, не такая уж она и плохая мать, как Лера с Зизель подумали. Вон, наплевала ради сына на работу. Но какой бы матерью ни была Эйвилна, беседовать с ней Валерии не хотелось. Она не придумала ничего лучшего, как потихоньку вернуться в комнату няни, переодеться и вышмыгнуть из дома, когда Башня поднимется к себе.

Однако ничего этого делать не пришлось. Как только Лера ретировалась, Эйвилна выскользнула из детской, прошла по коридору к двери и вышла наружу.

В реанимации было тихо. Врачи знали свое дело. Им не требовалось лишних слов. Каждый был сосредоточен на своем участке работы. Даркус и Клузи больше часа удерживали ментальную структуру Элианы от схлопывания. Теперь их сменили другие специалисты.

Все, что зависело от декана, он сделал. Оставалось только смотреть, как соратники борются за жизнь юной студентки. Даркус видел такие поединки не раз. Они заканчивались по-разному. Буквально на прошлой неделе здесь, в реанимации, врачи потеряли такую же молоденькую девушку. Пыталась удержать парня постоянной ложью, и как результат — электоновая зависимость, закончившаяся смертельной передозировкой.

К середине ночи стало понятно, что на этот раз врачи успели вовремя. Элиану удалось стабилизировать. Только тогда Даркус немного расслабился и заметил, что Эйвилны нет в реанимации.

Супруга отсутствовала довольно долго. Подозрительно и непрофессионально. Еще бы — покинула пациента, несмотря на то, что в любой момент могла понадобиться ее помощь. Это могло означать только одно. Эйвилна отправилась на поиски очередной дозы. Подозрения усиливались тем, что вернувшаяся супруга выглядела довольной, хотя перед тем, как пропала, была очень нервной и взволнованной.

Что ж, Даркус знал, как проверить, не предпринимала ли Эйвилна попытку незаконно раздобыть электон. Для этого ему как раз могло пригодиться то, что он приобрел в магазине «Все для малышей».

Декан глянул на медицинский монитор, который отображал основные показатели Элианы, и остался доволен. Можно было доверить дальнейший контроль ее состояния коллегам. Так он и сделал, а после вышел из реанимации и направился в сторону склада с лекарствами. На ходу запустил руку в карман. Нащупал там небольшой круглый предмет. Это был детский маячок. Родители часто используют подобное устройство для того, чтобы маленькие непоседы не потерялись. Продается аппарат в комплекте с пилюлями. Если дать ребенку выпить безвредный для здоровья порошочек, то потом в течение суток малыш будет оставлять незаметные следы там, где побывал. Следы может улавливать аппарат — небольшой шар, который начинает вибрировать, если его поднести к месту, где находился ребенок.

Даркус зашел на склад и нажал кнопку включения маячка. Тот остался неподвижен — никакой вибрации. Выходит, Эйвилна в хранилище медикаментов не заходила. Тогда декан поднялся на второй этаж, в ординаторскую. Там было пусто. Все врачи продолжали дежурить в реанимации. Даркус достал маячок и поднес его к шкафу, где хранился суточный запас электона. Сигнала не было. Выходит, и на этот сейф Эйвилна не покушалась.

Декан был практически уверен, что если у супруги есть зависимость, то она должна была воспользоваться общей суматохой, чтобы раздобыть себе очередную дозу. Но его подозрения не подтвердились. А это означало, что, скорее всего, догадки Даркуса насчет зависимости Эйвилны неверны. Но, так или иначе, оставалось непонятным, почему супруга отсутствовала в реанимации больше часа. Чутье подсказывало — спрашивать напрямую бесполезно. А еще это самое чутье вдруг огорошило догадкой, что, возможно, речь идет о чем-то более угрожающем и зловещем, чем электоновая зависимость.

ГЛАВА 41

Завтрак в постель

Даркус приехал домой рано утром. Настроение было на нуле. Мало того, что ощущал досаду и вину, что вовремя не разглядел у одной из своих студенток электоновую зависимость, так еще и испытывал сильное раздражение после ночного разговора с супругой. Как и предполагал, беседа ничего не дала. Эйвилна и не подумала сказать правду, куда отлучалась из реанимации. Наплела о том, что дежурила в палате интенсивной терапии у тяжелого пациента, но декан знал, что пациента перевели в общую палату еще днем.

Кроме того, в разговоре выяснилось, что Илди сегодня был оставлен на ночь без присмотра. Эйвилна отпустила няню, которой необходимо было навестить больную мать, при этом не побеспокоилась позвонить в агентство, чтобы прислали замену. Это безразличие к малышу стало последней каплей. Даже интрижка на стороне не так задела Даркуса, как наплевательское отношение к сыну. Декан скрепя сердце смирился с тем, что супруга потеряла надежду на излечение Илди, но то, как в последнее время стала к нему относиться, бесило. Даркусу порой казалось, что любовь к малышу граничила у Эйви с ненавистью. И с этим необходимо было что-то делать. Брак давно уже стал полной формальностью. Единственное, что придавало ему хоть какой-то смысл, это совместная забота о больном сыне. Но теперь Даркус чувствовал, что не может больше в таком ответственном вопросе полагаться на супругу. Декан четко осознал, что пришло время расстаться. А помогать бороться с зависимостью, если она у Эйвилны есть, можно и в качестве бывшего мужа.

Зайдя в дом, Даркус первым делом отправился в детскую. Вид сына, мирно посапывающего в своей кроватке, подействовал успокаивающе. Декан присел рядом с малышом — хотел зарядиться этим спокойствием. Но неожиданно почувствовал дребезжание в кармане. Видимо, нечаянно задел рукой маячок и тот включился. И не просто включился, а сразу подал сигнал, что Эйвилна была здесь сегодня ночью. Выходит, вот куда отлучалась супруга — навестить сына? Получается, не такая уж она и безответственная мать, как декан про нее подумал. Отпустила няню, но тем не менее забеспокоилась и решила съездить проверить, как там малыш?

Нет, не верилось. Что-то в отношении к Эйвилне поменялось коренным образом. Теперь Даркус уже с трудом представлял, что супруга настолько может распереживаться о состоянии ребенка, что бросится его навещать, наплевав на работу. Цель приезда заключалась не в заботе о сыне. Вот только в чем? Почему-то Эйвилна не рассказала Даркусу, что наведывалась домой. Почему? Что в этом особенного? Отчего вместо того, чтобы сказать правду, так отчаянно врала про тяжелого пациента? Может, в отсутствие мужа устроила встречу с любовником прямо здесь, в доме, а в комнату к сыну заскочила просто для проформы?

Мысль была неприятна. Нет, Даркус не ревновал. Ни грамма. Ему с некоторых пор стало наплевать на любовные приключения супруги. Больше бесило присутствие чужого человека в доме. И самое удивительное, где-то в глубине сознания таилась мысль, что цель приезда могла быть даже еще хуже, чем встреча с любовником. Ведь не настолько Эйвилна глупа, чтобы устроить свидание прямо здесь.

Эти смутные подозрения заставили исследовать дом с включенным маячком. Не стал только заходить в комнату няни. Дверь была прикрыта, и это могло означать, что Зизель уже вернулась и дремлет на диванчике. Не хотелось ее тревожить. Изучение остальной территории принесло неожиданное открытие: нигде, кроме комнаты Илди, супруга не была. У Даркуса получилось отследить весь ее путь. Зашла домой, затем прямиком в детскую, а после вышла. Так что: действительно приезжала, только чтобы взглянуть на сына?

Информация требовала осмысления. А пока Даркус решил проверить последнюю комнату. Тихонько стукнул в дверь и заглянул внутрь. В первую секунду опешил. На диванчике действительно кое-кто дремал. Только не няня, а Валерия.

Декан почувствовал, как захлестывают эмоции, главная из которых радость. Черт! Оказывается, он страшно соскучился. А еще оказывается, что возможность вот так вот неожиданно и внепланово увидеть кое-кого, мирно дремлющего на диванчике в твоем доме, может вызвать приступ эйфории. Это примерно как если б ты смирился уже, что предстоит мерзкий серый дождливый день, а тут выглядывает солнце и выясняется, что мир отнюдь не черно-белый.

Даркус стоял, смотрел на Валерию и даже не пытался понять, как она могла здесь оказаться. Вместо этого тупо радовался, что раз уж оказалась, то как минимум завтрак в ее компании ему обеспечен. И этот факт делал декана счастливым. И когда он успел так привязаться?

Посещало ли Даркуса хоть когда-то такое безграничное чувство радости просто оттого, что представилась возможность встретить утро на кухне в компании милой девушки за чашечкой кофе? Похоже, что нет. А ведь можно и не на кухне. Можно приготовить ароматный напиток и принести прямо сюда. Картины, чем бы мог закончиться такой «завтрак в постель», одна ярче другой вдруг завладели фантазией. Эх, Даркус, Даркус, похоже, ты окончательно влип.

Пришлось усилием воли переключить мысли на что-то другое. Вот, к примеру, попытаться понять, как Валерия здесь оказалась. Задача не была сложной. Видимо, Лера после прогулки с Илдредом узнала, что няне надо отлучиться, и решила подежурить вместо нее, чтобы не оставлять малыша одного. На Валерию похоже. Даркус давно заметил, как ответственно и трепетно она относится к Илди. Что ж, тогда тем более заслужила завтрак в постель.

Даркус потихоньку вышел из комнаты и направился на кухню.

Лера проснулась оттого, что кто-то смотрит на нее. Даже не открывая глаз, догадалась кто. Страшно смутилась. Где, спрашивается, Зизель, которая обещала сменить Валерию до того, как хозяева вернутся? Нет. Хорошенькое дельце. Что подумает Даркус? Студентка явилась к нему в дом без приглашения, уютно расположилась на диване и спит? Ой, лучше и не знать, что там он подумает. Лучше сматываться по-быстренькому.

Валерия продолжала лежать с закрытыми глазами, в глупой надежде, что проблема как-нибудь сама собой рассосется. Вернее, тактика была такая: возможно, Даркус не решится будить Леру и выйдет из комнаты. Тогда появится возможность спокойно привести себя в порядок, а затем незаметно вышмыгнуть на улицу. Уж сильно не хотелось объясняться с деканом. И хотя причина пребывания в чужом доме была уважительной — Лера выполняла функцию няни, но няню-то хозяева отпустили. Кто ж его знает, как прореагирует на добровольную инициативу декан? Инициатива, как известно, наказуема.

Даркус продолжал стоять, и Лера не вытерпела — чуть-чуть приоткрыла глаза, чтобы проверить, чем он там занят. Оказалось — ничем. Стоит себе и улыбается и что-то держит в руках.

— Валерия, доброе утро. Вижу, вы проснулись.

Ничего подобного. Лера спит. Неужели Даркус не видит, что у нее глаза закрыты? И чтобы развеять малейшие сомнения декана, Валерия плотнее сжала веки. И даже дышать перестала.

Прошло несколько секунд. Нет. Не помогает. Даркус не уходит. Да что ж такое? Дальше не дышать было невозможно, и Лера сделала глубокий вдох. И вдруг сногсшибательный аромат свежесваренного кофе, пробравшись через нос, взорвал мозг. Глаза раскрылись непроизвольно.

Картина, представшая взору, показалась абсолютно сюрреалистичной. Улыбающийся во весь рот Даркус стоял рядом с диваном, держа в руках переносной столик, накрытый к завтраку для двоих.